25 марта 2010 г.

24/03/2010

Анна Субботина, в девичестве Волкова, родилась в ленинградской семье в 1943 году, в блокаде. Ее родители провели в осажденном городе все 900 дней: отец воевал на кронштадтских кораблях, мать работала на конном заводе. Последние 16 лет Анна Субботина была официально признанной блокадницей — обладательницей памятного знака «Жителю блокадного Ленинграда», удостоверения блокадника, второй пенсии, особого медицинского обслуживания и многочисленных льгот. Каждый год она получала памятные юбилейные награды и поздравительные открытки с пафосными текстами о благодарности потомков... Однако в год 65-летия Победы районная администрация неожиданно вызвала блокадницу «на ковер» и отобрала у нее удостоверение вместе со всеми благами, заявив, что Субботина пользовалась ими незаконно!

Слишком поздно родилась?

Анна Александровна до сих пор не может поверить в произошедшее. Письмо, которое она получила из администрации Пушкинского района 3 сентября 2009 года, зачитано ею буквально до дыр.

«При подготовке списков для вручения юбилейной медали «65 лет Победы в Великой Отечественной войне 1941–1945 гг.» отделом социальной защиты администрации Пушкинского района Санкт-Петербурга было установлено, что вы не могли проживать в блокадном Ленинграде 4 месяца, которые необходимы для вручения знака «Жителю блокадного Ленинграда», — сообщает блокаднице глава Пушкинского района В. Г. Коржов. Далее чиновник просит Субботину прибыть на прием в администрацию, захватив с собой все документы, причем заканчивается письмо угрозой: «В случае неприбытия вынуждены будем приостановить предоставление всех мер социальной поддержки по льготной категории «Житель блокадного Ленинграда».

— Я была в таком шоке, что побежала в администрацию тут же! — вспоминает печальные события Анна Александровна. — Меня проводили в отдел кадров, где сообщили, что я получила звание блокадника по ошибке, и предложили написать добровольный отказ от него. Но я возмутилась: столько лет все было законно, а теперь вдруг стало незаконно?! Мне ответили: «В таком случае мы проводим вас в отдел социальной защиты, где вы сдадите свое удостоверение». Пришлось подчиниться — не буду же я драться…

Чиновники открыли блокаднице и причину столь странного поступка администрации. Оказывается, вся вина Субботиной в том, что она родилась 9 октября 1943 года — то есть провела в блокаде не положенные 4 месяца, а «всего» 3 месяца и 18 дней!

— Я изумилась: неужели этого мало?! Вы думаете, мне фашисты детское питание с самолетов сбрасывали? Чиновник вздохнул: «По-человечески я вас понимаю, но, увы, — по нашему законодательству до звания блокадника вам не хватает 12 дней…»

900 дней на сухарях

В блокаду Ане Волковой повезло — у ее матери Серафимы Федоровны, петербурженки в четвертом поколении, было необычайно крепкое здоровье. Поэтому, несмотря на страшный блокадный голод, она выносила девочку все 9 месяцев.

— Когда пришел срок рожать, маму привезли в Железнодорожную больницу — это возле Витебского вокзала, — вспоминает пенсионерка рассказы матери. — Схватки у нее начались одновременно с авианалетом немцев. Но спускаться в бомбоубежище мама отказалась — сказала медикам: «Дайте уж родить!» Так я и появилась на свет под бомбежкой.

Отец Ани в это время защищал Ленинград на флоте. Всю блокаду он из Кронштадта передавал жене через уходящих в увольнение сослуживцев пакетики с сухарями. Первое время после родов это был единственный рацион молодой мамы…

— Мама никогда не смотрела фильмы про блокаду, не могла выносить кадры кинохроники — любые мои расспросы о блокадной жизни заканчивались ее рыданиями, — качает головой Субботина. — Ей ведь приходилось кормить не только меня, но и мою старшую сестру, которой тогда было 11 лет. Однажды мама, ослабевшая до того, что ноги подкашивались, послала ее с карточками за нашими пайками хлеба. Сестра вернулась со слезами — говорит, карточки потеряла! Мама ее чуть не убила: схватила за руку, а потом видит — из-под задеревенелых от холода пальчиков торчит краешек карточки… Оказалось, у сестренки от голода и страха память отказала, и она забыла, что держит в руках — помнила только, что ни в коем случае кулачок нельзя разжимать на улице. Страшно им было каждый день. Мама рассказывала, как крысы с разрушенных Бадаевских складов шли стеной по Невскому проспекту и загрызали насмерть упавших от слабости людей. Рассказывала, как однажды по дороге на работу на нее, беременную, напали людоеды и утащили бы нас «на котлеты», если б из соседнего здания не выскочил смелый сторож и не прогнал их палкой.

Блокада не прошла бесследно и для Анны Субботиной. В 45 лет она стала инвалидом второй — нерабочей — группы: обнаружился тяжелый порок сердца. Так почему же она, голодавшая 9 месяцев в животе у мамы и еще 3 месяца и 18 дней после рождения, не может считаться пострадавшей от блокадных бед?

Медицина бессильна

Чиновники и районного, и городского уровней в разговорах с «несостоявшимися» блокадниками, как правило, признают всю абсурдность этих требований. Но сокрушаются: это федеральный закон, и мы обязаны его выполнять. Уже и городское общество «Жители блокадного Ленинграда» обращалось к властям всех уровней с просьбой признать детей, выношенных в страшные годы, пострадавшими и заслуживающими особой социальной поддержки. А сколько раз «МК» в Питере» приводил слова экспертов, в один голос утверждавших, что у четырехмесячного срока для детей блокады нет никакого обоснования. Более того, в официальном ответе одной из «непризнанных блокадниц», о которой рассказывала наша газета, председатель Бюджетно-финансового комитета Законодательного собрания Петербурга Владимир Барканов самолично написал: «Продолжительность срока проживания в блокадном Ленинграде была установлена произвольно».

Однако абсурдное требование продолжает соблюдаться.

В ответе на обращение Субботиной о допущенной несправедливости начальник отдела наград Управления кадров и государственной службы правительства Петербурга Александров С. В. сообщил бывшей блокаднице, что «в соответствии с федеральным законодательством Российской Федерации период жизни гражданина исчисляется с момента его рождения, который соответствующим образом фиксируется органами государственной власти. Следовательно, засчитать за период проживания в блокадном Ленинграде время вашего нахождения в утробе матери не представляется возможным». Данные современной медицины о том, что ребенок в утробе матери вполне осознанно живет уже в возрасте 4,5 месяца, чиновников, видимо, не интересуют.

Прокуратура Пушкинского района оснований для разбирательств тоже не нашла, но «успокоила» пенсионерку — оказывается, она не одинока в своей беде. В администрацию Пушкинского района был направлен список граждан Пушкинского района, проживавших в блокадном Ленинграде менее 4 месяцев, которым необоснованно был выдан знак, удостоверение к знаку и, соответственно, удостоверение ветерана ВОВ, что повлекло необоснованное предоставление мер социальной поддержки как за счет средств федерального бюджета, так и за счет средств бюджета Петербурга».

— Кстати, сотрудник отдела кадров Пушкинского района, который забрал у меня удостоверение, в разговоре обмолвился, что таких, как я, «неправильных блокадников» в городе обнаружили 150 человек! Кому-то не хватает 10 дней, кому-то и вовсе двух. И со всеми поступили так же, — вспомнила злополучную беседу Субботина.

Блокадница писала даже президенту — на прямую линию, которая была 2 декабря. Но, несмотря на то, что «в телевизоре» пообещали ответить на все обращения, Анна Александровна по сей день не получила ни весточки от Медведева.

Видя такое отношение, пенсионерка не стала подавать в суд — чего зря нервы тратить! Уже полгода она скромно довольствуется пенсией, которая теперь стала меньше ровно в два раза, да изредка протирает от пыли блокадные награды и памятный знак «Жителю блокадного Ленинграда».

— Вот сейчас напишете про меня — и это небось отберут… — горько смеется блокадница.

Иногда совесть главнее закона

Информация о 150 «неправильных» блокадниках показалась нам недостоверной. Но, увы, она полностью подтвердилась!

— Это была федеральная инициатива, — сообщили корреспонденту «МК» в Питере» в Управлении адресной социальной поддержки населения Комитета по социальной политике Петербурга. — Было сказано четко: ни один человек не должен получить медаль, если он не имеет на нее права. Дело в том, что в свое время знак «Жителю блокадного Ленинграда» не приносил никаких льгот, а теперь он означает вторую пенсию и предоставление бесплатного жилья. С целью недопущения нецелевого расходования средств федерального бюджета нас обязали выявить блокадников, которые родились в Ленинграде позже необходимого срока, так что срок их жизни в блокаде составляет меньше 4 месяцев. Получилось порядка 130–150 человек.

— А как же 9 месяцев в утробе?

— На сегодня важен период регистрации в Петербурге, а не период внутриутробного развития! Списки спущены в районы. Часть районов их уже отработала. Правда, в конечном итоге решение принимает глава района — и были такие главы, которые отказались лишать блокадников удостоверений накануне Дня Победы...

Алиса Берковская

МК-эксперт

Насколько обоснован 4-месячный срок?

— Такой срок не может иметь медицинского обоснования, особенно в случае новорожденных детей, — заверила «МК» в Питере» профессор Санкт-Петербургской медицинской академии последипломного образования Лидия Хорошинина. — Доказано: те люди, чьи матери голодали в первой трети беременности, во взрослом состоянии чаще становятся гипертониками и умирают от геморрагического инсульта. Те, чьи матери голодали во второй трети срока, заболевают сахарным диабетом и умирают от ишемической болезни сердца. У матерей, голодавших в последней трети беременности, дети всю жизнь будут страдать от тромбоэмболических недугов. Матери «детей 43-го» зачастую голодали весь период беременности — представьте себе состояние их здоровья!